В. Карп. Заметки о аудиоискусстве. Речь на радио.

Слова - всегда слова. Слова, слова, слова. В. Шекспир.

 

Я никогда не считал себя специалистом по речи. Но так уж случилось, что на определенном этапе жизни (с конца восьмидесятых и до начала двухтысячных годов) мне пришлось несколько раз участвовать в запуске новых радиостанций. И каждый раз возникала проблема подготовки людей, которые будут работать в эфире у микрофона (дикторов, ведущих, энкерменов, ди-джеев).   Конечно, студии проводили предварительный отбор и те у кого  «фифекты фикции» зашкаливали    или тембр голоса вызывал «дрожь во всем теле» отсеивались. Оставшиеся были вроде бы и ничего, но и у них, как правило, были проблемы с речью (даже у тех, кто имел какое-то актерское образование). Довольно скоро выяснилось, что учебные пособия по сценической речи для подготовки специалистов радио малопригодны.

Дело в том, что речь со сцены и речь перед микрофоном имеют ряд отличий, которые весьма существенным образом сказываются на качестве эфирной речи.

Во-первых, в театральных учебных заведениях уделяется много внимание голосу – его силе, полетности, тембру. И  в театре это необходимо. Другое дело – радио. Микрофон не только снижает требования к силе звука – громкая речь ему прямо противопоказана. Что же касается тембра голоса, то и здесь проблема решается несколько иначе, чем в театре – есть голосовые компрессоры, микшеры, приборы настройки тембра.

Во-вторых, для сценической речи характерна акцентированная орфоэпия, которая при записи с микрофона «режет по ушам». Помню, как меня рассмешила запись объявления в метро (сделанная, кстати, отличным актером) в которой акцентированное редуцированное «А» звучала как «Ы» — «Осторожно, двери закрываются! Следующая станция метро «Гыгарина». Конечно, и на радио необходимо придерживаться орфоэпических норм, но делать это все-таки следует несколько иначе.

И наконец, драматический актер говорит то, что для него написал драматург (то есть заранее написанный текст) в то время как людям Радио приходится много импровизировать перед микрофоном, а значит культура и стилистика устной речи для них (в отличие от актеров драмы) имеют колоссальное значение.

Отсутствие специальной литературы и упорное нежелание педагогов по сценической речи пойти хоть на малейшие уступки в признании специфики радиоречи ставили в тупик. Спорить с «мастерами художественного слова» было бесполезно, да и времени на эти споры, как правило, не было. От безвыходности я составил некое подобие учебника, призванного скорректировать уроки педагогов по сценической речи. Время от времени я вносил в этот опус изменения, приноравливаясь к изменениям, происходившим в эфире.

Прошло довольно много времени. Об этих своих радиоопытах я, честно говоря, уже и думать забыл, как во время работы в одной стране очень «дальнего зарубежья» ко мне обратился менеджер местной русскоязычной радиостанции с просьбой помочь в подготовке Ведущих программ. (Следует отметить, что после развала СССР наша публика распространилась по миру и сегодня русскоязычное радио существует в самых неожиданных местах — от Австралии до Франции, от ЮАР до Аргентины, от Бразилии до Израиля, от США до Германии — список можно продолжать до почти полного перечисления стран-членов ООН).

 Менеджер была очень милой молодой дамой, и потому вместо того чтобы хамски сказать ей «не-е-ет!!!» пришлось по-джентельменски вежливо объяснить ей, что подобной деятельностью я уже давно не занимаюсь. Дама-менеджер очень расстроилась и, чтобы как-то ее утешить, я посоветовал порыться в интернете и найти там какой-нибудь учебник, «который, безусловно, поможет станции в подготовке специалистов». На что услышал – «уже смотрели и ничего путного не нашли». Я не поверил и в шутку пообещал, что если уж мне самому ничего не удастся найти, то тогда я обязательно проведу этот курс. Вечером я уселся перед компьютером и … ничего не нашел. То есть материалов в интернете было много, но все они относились либо к сценической речи, либо представляли собой общие рассуждения на тему. Пришлось мне выполнять данное в шутку обещание и ежедневно в течение месяца после репетиций (ради которых я собственно и оказался в этой стране и в этом городе)  обучать будущих асов радиоэфира.

Уже перед отъездом я решил послушать, что же делают в этом самом эфире мои подопечные. Не могу сказать, что я пришел в восторг от услышанного («нерусский» акцент хоть и уменьшился, но никуда не исчез, попадались неправильно построенные фразы, педагог по сценической речи сумела добиться желаемого ею результата и потому кое-кто из моих «учеников» старательно заплевывал и засвистывал микорофон). И я позвонил на станцию, чтобы извиниться за свою не очень хорошую работу. В ответ  услышал бурные правления восторга и поток благодарностей, из которых следовало что по сравнению со станцией-конкурентом (в городе как выяснилось, было две русскоязычные радиостанции), их Ведущие говорят «как в Москве». Я решил удостовериться в сказанном и настроился на волну этих самых конкурентов. То, что я услышал… В общем, Задорнов «просто пацан». С неповторимым испано-кавказско-украинским акцентом и соответствующей стилистикой речи Ди-джей орал в эфир «музыкальную программу». Особенно меня «покорила» фраза (орфоэпию и стиль по возможности пытаюсь воспроизвести как можно точнее) — «Хвылып Кыркоров, пэсни кото-о-о-о-рого т-а-а-к люпят женщины, ко-о-о-о-торых он так л-ю-ю-юпит (пауза) и нэ толко в постэли!». Конечно, эта загадочная фраза в определенной степени отражает суть «творчества» господина Киркорова, но что она означает, я так до конца не уяснил. То ли имелось в виду, что господин Киркоров любит заниматься этим стоя, одновременно распевая свои «шедевры», то ли сюда вкладывалась какая-то еще более «глыбокая» мысль.

Ночью я проснулся в холодном поту – мне приснился Филипп Киркоров распевающий в радиостудии перед микрофоном прогноз погоды на украинском языке с жутким эстонским акцентом и вставляя в текст слова на суахили.

В общем, я решил, что мой скромный «труд» все-таки имеет право на жизнь. Очень надеюсь что нынешние «ассы» и «монстры» радиоэфира не только удосужатся с ним познакомиться, но и возьмут кое-что на вооружение.

А засим разрешите откланяться. Больше мне добавить нечего.

Ах, да. Вам еще понадобятся упражнения. Их вы можете без труда найти в книгах: З. Савкова «Техника звучащего слова» и «Средства речевой выразительности»; Козлянинова И., Промптова И. «Сценическая речь. Учебник»; Комякова Г. «Исправление речевых недостатков», Т. Запорожец. «Логика сценической речи». Уж они-то в интернете есть – я проверял.

2012 г.

 

Содержание.

  1. Радио, как форма аудиоискусства.
  2. Звук.
  3. Материализация звука.
  4. Средства выразительности аудиоискусства.
  5. Многообразием характера и форм использования языка.
  6. Слово в эфире.
  7. Дыхание и голос в процессе речеобразвания.
  8. Техника речи и языковая норма.
  9. Некоторые особенности работы с микрофоном на радио.
  10.  Особенности речи, как средства выразительности на радио.
  11.  Речевое общение.
  12.  Структурные особенности речи.
  13. Законы речевого общения и логика речи.
  14. Законы речевого общения и интонация речи.
  15.  Речевой этикет.

 

1994 год.

При перепечатке данной статьи или ее цитировании ссылка на первоисточник обязательна: Копирайт © 2013 Вячеслав Карп — Зеркало сцены.

Print Friendly

Коментарии (0)

› Комментов пока нет.

Добавить комментарий

Pingbacks (0)

› No pingbacks yet.