В. Карп. ЕВРЕЙСКИЙ ТЕАТР ОТ АВРААМА ДО АВРААМА ГОЛЬДФАДЕНА.

Хаскала.

Начиная с XVII века, в странах Центральной и Западной Европы усиливаются процессы секуляризации — освобождения общества от диктата церкви и догматических религиозных представлений.  Смена приоритетов в общественной жизни нашла выражение в распространении принципов веротерпимости, подразумевающих недопустимость религиозного принуждения. «Вы, христиане, жалуетесь, что китайский император приказывает в своем государстве жарить христиан на медленном огне, но вы сами еще хуже поступаете с евреями за то, что они не веруют во все то, во что вы веруете», — писал в 1748 году Шарль Монтескье, под впечатлением от сожжения в Лиссабоне восемнадцатилетней марранки за тайное исповедование иудаизма. Религиозный фанатизм, столкнувшись со свободной мыслью, потерпел сокрушительное поражение.

Гуманистические идеалы Просвещения, апеллирующие ко всему человечеству без различия происхождения и исповедуемой религии, импонировали тем образованным евреям, которые искали пути сближения с окружающим их обществом. Новая идеология открывала неизвестные ранее перспективы интеллектуального творчества и общественной деятельности, и потому она нашла немало сторонников и в еврейской среде. Вторая половина XVIII века, вошедшая в историю Европы как эпоха Просвещения, совершенно изменила облик и образ жизни европейского еврейства — духовная стена, веками отделявшая его от христианского мира, рухнула.

Все это способствовало зарождению в среде европейских евреев во второй половине XVIII века движения Хаскалы (иврит השכלה‎ — просвещение) — еврейского идейного, просветительского, культурного, литературного и общественного движения, которое стало фактором, решительно изменившим направление движения еврейской истории. Хаскала, выступавшая за принятие ценностей Просвещения,  большую интеграцию в европейское общество, и роста образования в области светских наук обозначила начало движения по включению евреев Европы в светскую жизнь, приведшего к созданию первых еврейских политических движений и борьбы за отмену дискриминационных законов.

Хаскала выступала против культурно-религиозной обособленности евреев и видела в усвоении светского европейского образования и в продуктивизации труда залог улучшения положения еврейского народа. В России Хаскала, кроме просветительских задач, стремилась завоевать и гражданское равноправие для сотен тысяч людей.

Инициатором движения Хаскала считается Мозес Мендельсон. Его выступление «Что такое просвещение?» (Was ist Aufklärung?) в 1784 году  инициировало дискуссию о просвещении в Германии. Он был тем, кто взломал лёд предубеждений против евреев и проложил путь из отчуждённого мира гетто к мировой культуре. Впрочем, Мендельсон никогда не призывал евреев к религиозной ассимиляции и сам всегда оставался верующим евреем.

Противоречия мировоззрения Мендельсона как в зеркале отразились в противоречиях движения Хаскала - с одной стороны, приведшего к росту ассимиляторских тенденций в еврейской среде, а с другой - посеявшего семена не только национального возрождения, но и еврейского национализма.

Дом Мендельсона стал центром научных и литературных диспутов, он посещался многочисленными приезжими знаменитостями, привлеченными славой философа. После смерти основателя Хаскалы функция интеллектуального салона перешла к дому одного из его друзей — Маркуса Герца. Душой салона, который христиане из высшего общества посещали наряду с просвещенными евреями, была супруга хозяина, знаменитая красавица Генриетта. Вскоре другая еврейка, дочь Даниила Ицига, одного из крупнейших берлинских банкиров, организовала в Вене аналогичный салон, который стал очагом культурного сближения евреев с христианами в Австрии.

К концу XVIII века в кругу деятелей берлинской Хаскалы усилились антиклерикальные настроения — сложилось мнение, что соблюдение религиозных предписаний утратило смысл и человечество может объединиться лишь на основе деизма или «естественной религии». Под влиянием философии европейского Просвещения многие деятели Хаскалы усвоили критический и рационалистический подход к религии. Радикальные представители Хаскалы и вовсе отрицали обязательность исполнения предписаний Галахи. Этим была подготовлена почва для массового отхода от иудаизма представителей высших слоев еврейства Западной и Центральной Европы.

Естественно, что еврейские клерикалы довольно резко выступали против Хаскалы, мотивируя это тем, что Просвещение оторвет евреев от общины и создаст предпосылки для их массовой ассимиляции.

Как и предсказывали ортодоксы, сближение евреев с европейской культурой уже в девяностые годы XVIII века действительно стало перерастать в ассимиляцию. Берлинскую, а также бреславскую и кенигсбергскую общины, захлестнула волна крещений. По утверждению Г. Греца, вероятно все-таки несколько преувеличенному, «в продолжение трех десятилетий перешла в христианство половина берлинской общины».

В самое короткое время сформировалось поколение еврейских писателей. В 1783 году группа молодых евреев при помощи Весели, соратника Мендельсона, стала издавать газету «Меасфем» («Собиратель»), в которой обрушилась с критикой на иудаистский клерикализм.

В 1788 году в Берлине была организованна первая школа, основанная на принципах Хаскалы. Она предназначалась для детей из неимущих слоев общины и называлась «Фрайшуле» («Свободная школа»), поскольку обучение в ней было бесплатным. Учебная программа включала немецкий и французский языки, арифметику, геометрию, историю, естествознание и рисование. Танах и иврит изучались в сравнительно небольшом объеме, а Талмуд не изучался вовсе.

Под влиянием Хаскалы произошли значительные изменения и в образовании девочек. В девяностые годы XIX века в Бреслау, Дессау, Кенигсберге и Гамбурге были открыты женские школы, учебная программа которых включала основы иврита, немецкий язык, основы религии и нравственности, молитвы и арифметику. В некоторых из этих школ обучали также чтению и письму на идиш, ремеслам, пению и рисованию.

Вырвавшись из культурной изоляции, евреи вскоре стали играть довольно значительную роль во всех областях общественной жизни. В музыке появляется целая плеяда композиторов еврейского происхождения — Ф. Мендельсон-Бартольди (внук основателя Хаскалы), Ж. Бизе, Г. Малер, М. Равель. Европейскую известность обретает Генрих Гейне. В науке XIX века среди евреев особенно отличились физик Г. Герц, впервые экспериментально доказавший электромагнитную теорию Максвелла, экономист К. Маркс, создавший теорию прибавочной стоимости, один из основателей авиации О. Лилиенталь. Первым чемпионом мира по шахматам в 1886 году стал пражский еврей В. Стейниц, сменивший его другой еврей Э. Ласкер удерживал шахматную корону двадцать семь лет.

В годы правления Бисмарка в Германии евреи были полностью уравнены в правах с немцами. Как писал в 1881 году корреспондент русско-еврейского журнала «Восход»: «Евреи стали твердой ногой в Германии, они здесь более не пришельцы, терпимые будто бы из милости, а на самом деле полезные граждане, имеющие опору в самом (немецком) народе, который отнюдь не тяготится [ими как] … чуждым и ненавистным ему элементом».

Во Франции вопрос равноправия евреев решили Великая революция и Наполеон. Французская революция 1789 года провозгласила «свободу, равенство, братство» для всех жителей Франции, включая евреев. Впрочем, только в том случае, если те согласятся считать себя французами. Вскоре после прихода к власти, Наполеон Бонапарт провозгласил, что «через десять лет не будет никакой разницы между евреем и французом». В 1807 году он основал Сангедрин (высший еврейский совет), поскольку, среди всего прочего, хотел, чтобы раввины утвердили закон, позволяющий евреям жениться на нееврейках и наоборот. Раввины, однако, пошли на компромисс, заявив, что смешанные браки допустимы с точки зрения законов Франции, но не с точки зрения еврейского законодательства.

В это же время началось бурное переселение евреев в Северо-Американские Соединенные Штаты, где отношение к ним с самого образования этого государства было в целом, толерантным.

Положение евреев в Российской империи, тем не менее, оставалось неизменным. Самой характерной и печальной чертой еврейского быта и культуры в России первой половины XIX века была изолированность евреев от окружающего мира. По своему образу жизни, одежде, религии, языку евреи, перешедшие после разделов Польши под власть русского царя, составляли чужеродный элемент в государстве. Они как бы застряли в средневековье и не желали расставаться с давно устаревшими обычаями. И чем дальше, тем больше образ их жизни приходил во все большее противоречие с происходившими вокруг изменениями.

Хаскала в России встретила отчаянное сопротивление клерикалов. По словам Ю. Гессена, «просвещение представлялось греховным путем, который неминуемо ведет к измене религии и народу». Жизнь массы евреев регулировалась религией, просветители же не имели серьезной опоры для активных действий.

Ими неоднократно предпринимались попытки наладить издание периодической прессы на иврите, русском и идише. Одна из первых таких попыток относится к 1813 году, когда группа виленских евреев выразила желание «издавать газету на своем языке». Александр I дал свое согласие на издание этой газеты, но при условии, «ежели еврейский кагал примет на себя ответственность, что в газете ничего не будет помещаемо неприличествующего». Виленский кагал рассудил, что ему этот «цурес» ни к чему, а потому совершенно естественно отказался взять на себя ответственность, мотивируя это тем, что «в переводах (из иностранных газет) могут случиться ошибки».

Борьба с просветительством, бесспорно, имела и социальный аспект, ибо руководители еврейских общин и приближенные к ним круги богатых евреев, прекрасно понимали, какую опасность для их всевластия представляет просвещение, граничащее в их понимании с инакомыслием. Отсюда и особое рвение в преследовании «еретиков» — просветителей, которые, в свою очередь, где только могли, подвергали острой критике своих противников, особенно хасидов и цадиков — «праведников», которые с их точки зрения были носителями самых отсталых представлений и ярыми врагами просвещения.

Самой яркой фигурой среди еврейских просветителей в России был Исаак Бер Левинзон, прозванный «Мендельсоном русских евреев». Этот человек стремился доказать «необходимость для каждого израильтянина правильного изучения Святого Писания и библейского языка — как для еврея, иностранных языков, в особенности же отечественного, — как для члена гражданского общества, и светских знаний — как для существа сознательно разумного». Кажется, немного. Но это немногое было поистине потрясением основ жизни российских евреев. Ортодоксы объявили написанное Левинзоном ересью, а молодежь зачитывалась его работами и делала выводы.

Начала набирать силу светская литература на идиш блиставшая именами Менделе Мойхер-Сфорима, Шолом-Алейхема, Переца, Спектора, Пинского. «Из безбрежной однообразной талмудической пустыни мы вдруг переносились в чудный сад со свежею, прекрасною и разноцветною растительностью … атрофированное одною казуистикой чувство оживало» (А. И. Паперна).

С течением времени в идеологии Хаскалы наметились внутренние разногласия. К концу шестидесятых  годов, пишет исследователь, «в стане просветителей произошел глубокий раскол. Родилось новое поколение, выросшее на радикальной русской литературе. Началась борьба между «отцами» и «детьми»; старики не понимали молодежи с ее радикальными требованиями, они опасались, как бы радикалы-нигилисты не испортили налаживающийся контакт с требованиями времени и правительства».

В то время как большинство деятелей Хаскалы в Западной Европе ставили во главу угла превращение евреев в интегральную часть гражданского общества и полагали, что в ходе интеграции необходимо и даже желательно отказаться от части национально-религиозных традиций, в Восточной Европе большинство деятелей Хаскалы стремилось к сохранению национально-религиозной особенностей еврейского народа и видело выход из духовного упадка и нужды в адаптации просветительских ценностей к мировоззрению еврейских масс.

При перепечатке данной книги или ее цитировании ссылка на первоисточник обязательна: Копирайт © 2011 Вячеслав Карп — Зеркало сцены.

 

В оглавление.
Print Friendly

Коментарии (0)

› Комментов пока нет.

Добавить комментарий

Pingbacks (0)

› No pingbacks yet.