В. Карп. ЕВРЕЙСКИЙ ТЕАТР ОТ АВРААМА ДО АВРААМА ГОЛЬДФАДЕНА.

Сефарды.

Исторически бытовым языком сефардских евреев служил еврейско-испанский (ладино, джудезмо, джудекко, спаньоль, хебронео, сефардский язык), близкий к испанскому. Этот язык относится к иберо-романской подгруппе романских языков. Терминология в применении к сефардскому языку разнообразна и неустойчива. В научной литературе все большее распространение получает термин «сефардский», который охватывает все устные и письменные разновидности речи. До конца XIX века  использовался  термин «ладино» (в отношении сефардского языка как лингвистического целого), однако в качестве самоназвания он никогда не употреблялся. Наиболее распространенным самоназванием является «джидио» или «джудио» (Турция, Босния, частично Греция), а также «джудезмо» (Болгария, Македония, частично Греция и Румыния). Последний термин употребляется также в научной литературе. В Израиле и Турции бытует самоназвание «(э)спаньол». Сефардский язык фактически является развитием ранне-еврейско-кастильского диалекта. Он использует собственную систему орфографии.

Начало образования этой разновидности испанского языка связано с изгнанием из Испании евреев, Пребывая в условиях иноязычного окружения и не имея статуса официального языка, он до сих пор сохраняет черты (главным образом в фонетике) испанского языка конца XV века. Функционирует как бытовой язык, проявляющий признаки вымирания.

Еврейские общины начали возникать на Пиренейском полуострове не позднее I века н. э. Сведения о них крайне скудны и не дают возможности определить, существовали ли уже в этот период какие-либо различия между предками сефардов и другими группами евреев. В Книге пророка Овадии сказано: «Изгнанники из Иерусалима — в Сефараде», а в арамейском переводе пророческих книг загадочный «Сефарад» был отождествлен с Испанией.

Сами испанские евреи считали, что в Испанию они попали после разрушения Первого Храма, в эпоху вавилонского пленения, в шестом веке до нашей эры. Эта легенда давала сефардам три сильных козыря. Во-первых, получается, что на рубеже эр их предков уже не было в Палестине, а значит, они никак не подлежат самому популярному христианскому обвинению в адрес евреев. Во-вторых, оказывается, что они попали на территорию Пиреней­ско­го полуострова раньше других известных его: раньше римлян, раньше так называемых «варваров» и уж тем более намного раньше арабов. В-третьих, иерусалимское происхождение давало им основание считать себя потомками иудейской аристократии и даже династии Давида, происходящей из колена Иуды. От иудейских царей сефарды «унаследовали льва» на гербе и бесконечный снобизм. Иудейский лев (он же кастильский) красуется на барельефе в толедской синагоге, построенной в XIV веке доном Шмуэлем Галеви Абулафией, придворным советником и дипломатом короля Педро Жестокого.

Мусульмане, в 711–718 годах завоевавшие почти весь полуостров, закрепили за евреями статус зимми. Оставаясь в неравноправном положении, они в то же время получили общинную автономию, свободу вероисповедания и экономической деятельности. На время мусульманского правления в Испании пришёлся золотой век сефардского языка и культуры. С X века Пиренейский полуостров стал важнейшим центром еврейской учености и культуры. В отличие от своих собратьев в других частях Европы испанские евреи часто имели хорошее светское образование и были зажиточными людьми.

Сильное влияние мусульманского окружения, которое испытывали в этот период образованные слои еврейского общества (в значительной степени интегрированные в экономическую и политическую систему исламских государств), стремление многих евреев к гармоничному сочетанию религиозных и светских знаний во многом предопределило духовный облик сефардов. Известное влияние оказало на него учение Маймонида, в особенности попытка последнего осуществить синтез иудаизма с греко-арабской рационалистической философией. Именно в этот период в мусульманских государствах Пиренейского полуострова были выработаны использовавшиеся сефардами шрифты — скорописный, квадратный и «раввинский», именуемый обычно шрифтом Раши.

В середине XII века, с переходом почти всех мусульманских государств Пиренейского полуострова под власть Альмохадов, существовавшие здесь еврейские общины были уничтожены. Основная часть еврейского населения переместилась на север — в христианские королевства (к середине XIII века они контролировали в совокупности весь полуостров, за исключением Гранады).

В эту эпоху основным разговорным, а затем и литературным языком евреев, живших на Пиренеях, стал еврейско-испанский язык.  Использовались также схожий с ним еврейско-португальский и более близкий к провансальскому (окситанскому) еврейско-каталанский язык. Значительно возросла интенсивность духовных контактов (которые поддерживались и в предшествовавший период) с еврейскими общинами христианских государств Европы — ашкеназами, евреями Прованса и Италии.

С XII века еврейское население Пиренейского полуострова (прежде всего состоятельная и образованная его часть) находилось под сильным воздействием христианской и светской европейской культуры. Это воздействие заметно усилилось с конца XIV века, когда в результате жестоких преследований (особенно после кровавых погромов, прокатившихся в 1391 году по городам Кастилии и Арагона) многие евреи, включая раввинов и руководителей общин, начали переходить в католичество, и образовались большие группы так называемых «новых христиан». Хотя многие из них втайне сохранили верность иудаизму их дети в массе воспитывались как христиане и получали образование в католических учебных заведениях. Таким образом, немалая часть сефардов утратила практически все этнокультурные отличия от своих христианских соседей.

После завершения Реконкисты в 1492 году сотни тысяч романоязычных евреев, отказавшихся принять христианство, были выдворены из страны. После изгнания из Испании и Португалии в конце 1492 года, а так же после исхода с Пиренейского полуострова в XVI-XVIII веках их стали называться сефардами. Они переселились на юг и юго-восток —  в страны Северной Африки; на восток — в Палестину, Малую Азию, на  Балканский и Аппенинский полуострова; на северо-восток – на юг Франции; на север — в Англию и Нидерланды.

Сформировались две сефардских диаспоры: западная — в крупных европейских городах (особенно в Амстердаме, Лондоне, Гамбурге, Ливорно, Риме, Венеции), и восточная — в Османской империи. Амстердамская община выбрала себе эмблемой птицу Феникс, возрожденную из пепла инквизиционных костров.

Что же касается «новых христиан», то следует отметить, что большая их часть утратила еврейскую идентичность. Так, дед философа Баруха Спинозы так и не вступил ни в одну еврейскую конгрегацию, и его обрезали посмертно, чтобы похоронить на еврейском кладбище.

Серебряный век сефардской культуры начался после их изгнания из Испании. Сефардские евреи были приглашены турками-османами для заселения балканских городов, захваченных после поражения Византии. Пальму первенства в этом взяли Салоники. Боясь постепенного возвращения в разграбленный город греков и славян-христиан из соседних деревень, турки предпочли заселить его евреями. Вплоть до начала XX века евреи составляли свыше половины населения стотысячного города, а его основным языком стал ладино. В еврейских общинах этого региона наиболее бережно сохранялся еврейско-испанский язык (с заимствованиями из турецкого). На нем издавались переводы Танаха (среди которых особое место занимает комментированный перевод «Ме-‘ам ло‘эз», выполненный раввином Я. Кули и его учениками, около 1685–1732 гг.), философские и этические сочинения, литературные произведения, позднее начали выходить газеты. Развивались и фольклорные жанры — баллады-романсеро, стихи и песни, приуроченные к праздникам (коплас или комплас), короткие сатирические или юмористические рассказы о похождениях Джохи — хитреца и острослова, напоминающего Гершеле Острополера.

В северной Африке изгнанные испанские евреи ассимилировались в местные еврейские общины. В других же странах расселения испанских евреев ассимиляция перерастала в новые языковые культуры. Однако в Турции и Греции их потомки продолжали оставаться ладиноязычными вплоть до середины XX века.

Сефардский канон иудаизма распространился далеко за пределы их новых поселений. Однако потомками изгнанных (восточных) сефардов можно считать лишь: болгарских евреев, евреев западной части Турции (турецкие евреи), греческих, югославских  и итальянских евреев.

С появлением сефардских общин во Франции, Нидерландах, Великобритании, Германии и Дании в Западной Европе сложился особый ареал расселения сефардов. Здесь их разговорными и литературными языками были португальский или испанский, а общины, как правило, представляли собой замкнутые элитарные группировки с ярко выраженной  олигархической системой управления. Западные сефарды отличались заботой о чистоте общины. Они допускали только внутренние браки, а к своим собратьям из других субэтнических групп относились с презрением.

Отношения между сефардами и ашкеназами в Западной Европе были особенно напряженными. Сефарды, подвергали другие субэтносы евреев дискриминации. В частности, первые — как правило, представители наиболее зажиточных слоев общества — крайне негативно относились к значительно более бедным выходцам из Восточной Европы и, опасаясь за свой социальный статус, препятствовали их поселению в городах, где уже существовали сефардские общины. Так, в середине XVII века, когда в Нидерланды начали прибывать евреи, бежавшие с Украины во время восстания Б. Хмельницкого, сефарды в Амстердаме создали специальный фонд, который оплачивал специальную премию ашкеназам, соглашавшимся покинуть город.  В сефардских синагогах Амстердама и Лондона XVIII века ашкеназы не могли сидеть вместе с остальными членами общины, им полагалось стоять отдельно — за деревянной перегородкой. В 1776 году в Лондоне община сефардов постановила, что если сефард вступает в брак с дочерью ашкеназов и умирает, то благотворительные фонды сефардской общины нельзя использовать для помощи вдове. В середине XVIII века сефарды добились от властей изгнания ашкеназов из Бордо.

Яркой иллюстрацией отношения сефардов к ашкеназским евреям может служить письмо лидера общины португальских евреев Бордо Ицхака Пинто Вольтеру в ответ на антиеврейские высказывания последнего: «Иудеянин португальский, живущий в Бордо, и иудеянин германский, живущий в Меце,- писал он, — суть два существа совершенно различные … Если бы г. Вольтер… захотел руководствоваться той справедливостию, которою он хвалился, то, конечно, он сумел бы различить от прочих иудеев иудеев испанских и португальских, которые никогда не смешивались со своими единоплеменниками  и не были никогда с ними одно и то же … Я полагаю за верное, что г. Вольтеру не может быть не известна особая деликатность иудеев португальских и испанских, которые имеют правило не вступать ни в супружество, ни в какие-либо [другие] связи с иудеями иных обществ и ни под каким видом не смешиваются с оными … Их различие с их собратьями столь велико, что если бы иудеянин португальский, живущий в Голландии или в Англии, женился на иудеянке германской, то лишился бы всех преимуществ; его бы отлучили от их синагоги, исключили бы совершенно из их общества; даже после смерти он не мог бы быть похоронен между своими португальскими собратьями. Причина такого их разделения с прочими иудеями есть следующая: португальские и испанские иудеи, которые считают себя происходящими от колена Иудова, имеют предание, что во времена пленения Вавилонского главные фамилии сего колена были посланы в Испанию и обитали в оной, вследствие чего иудеи сего общества, как потомки столь важных предков и наследники их древнего обиталища, присваивают себе то преимущество, которое они показывают в своем поведении противу прочих их собратьев … Понятие испанских и португальских иудеев о своем происхождении сделалось для них как бы неким священным догматом, за что строжайшая критика могла бы назвать их тщеславными и суетными, однако же не грубыми и не корыстолюбивыми … И поскольку он был в Голландии, то ему известно, что их  синагоги различны и что, сходствуя в сущности веры, они некоторым образом различаются в своих обрядах. Обычаи иудеев португальских также несходны с обычаями прочих иудеев. Португальские не имеют бороды и своею одеждою не разнятся от народа, в котором живут; некоторые из них совершенно во всем подражают европейцам, выключая религию … Некоторые из них в конце пятнадцатого века привезли с собой великия богатства в Голландию и своею деятельностью … очень много послужили развитию там торговли. Их синагоги имели вид собраний сенаторов, и когда путешествовавшие немецкие вельможи посещали оные, то признавали, что германские иудеи нимало на них не похожи … Все имевшие знакомство с португальскими иудеями во Франции, в Голландии и в Англии, знают по опыту, что они совершенно не способны «питать ненависть, — по словам г. Вольтера, — к народам, дающим им пристанище»; напротив того, они привержены столько к сим народам, как будто к своим единоплеменникам … Итак, они нимало не заслуживают тех титлов, коими г. Вольтеру угодно их украшать».

В среде западноевропейских сефардов сравнительно рано начали развиваться ассимиляционные процессы. Это стало одной из причин того, что с началом эмансипации сефарды иногда первыми обретали равноправие: например, во время Великой французской революции португальские, испанские и авиньонские евреи получили гражданские права на год раньше ашкеназов.

До середины XVII века сефардские общины были крупнейшими очагами еврейской учености и культуры. Здесь действовали многочисленные талмуд-тора, иешивы, работали видные философы, экзегеты, галахисты, грамматики, естествоиспытатели, врачи. Развитие еврейской культуры в целом было в немалой степени связано с духовными достижениями сефардов. Сефарды были в числе главных распространителей еврейского книгопечатания в Европе, Северной Африке и на Ближнем Востоке: они открыли первые еврейские типографии в Стамбуле, Салониках, Амстердаме, Дамаске, Фесе и некоторых других городах.

С конца XVII века сефардские общины в разных странах вступили в полосу упадка. Духовная и общественная жизнь сефардов стала менее активной, хотя и в XIX веке среди них встречались крупные ученые (Д. Риккардо), политические деятели (Б. Дизраэли), филантропы и меценаты. Культурный и образовательный уровень членов большинства общин  значительно понизился.

 

При перепечатке данной книги или ее цитировании ссылка на первоисточник обязательна: Копирайт © 2011 Вячеслав Карп — Зеркало сцены.

В оглавление.
Print Friendly

Коментарии (0)

› Комментов пока нет.

Добавить комментарий

Pingbacks (0)

› No pingbacks yet.