В. Карп. ЕВРЕЙСКИЙ ТЕАТР ОТ АВРААМА ДО АВРААМА ГОЛЬДФАДЕНА.

Элементы театрального искусства в культуре Древнего Египта.

Наряду с культурой Междуречья, другим немаловажным фактором, воздействовавшим на культуру древних евреев, являлась цивилизация Древнего Египта. По крайней мере, во время египетского пленения контакты между двумя народами носили непосредственный характер и оказывали взаимовлияющее воздействие. Так, например Танах (Ветхий Завет) убедительно свидетельствует о глубоком знании левитами литературы и мифологии Древнего Египта. 

Существование театральных представлений в Древнем Египте не подлежит никакому сомнению, однако скудость источников ограничивает наши представления об этой древнейшей театральной культуре.

Представления, действующими лицами которых были боги (их «роли» исполняли жрецы), разыгрывались уже в эпоху Древнего царства. Самыми древними, относящимися к четвертому тысячелетию до н.э. свидетельствами наличия у древних египтян подобных представлений являются росписи глиняных сосудов, выполненные красной краской на желтоватой поверхности. Очень упрощенные, иногда приближающиеся к геометрическому орнаменту эти рисунки, отражают древнейшие заупокойные и земледельческие обряды. Так, например, очень часто в них изображаются плывущие по Нилу ладьи, украшенные ветвями, с людьми, совершающими культовые действия, причем главную роль играют женские фигуры, что связано с восходящей еще к матриархату ведущей ролью женщины. Отзвуки древних охотничьих обрядов нашли выражение и в пластинках из серо-зеленого шифера, имеющих форму рыб, страусов, бегемотов предназначавшихся для растирания красок, применявшихся во время обрядов.

Каждый храм имел свой религиозный календарь — расписание празднеств в честь своего божества. Эти праздники по форме можно сгруппировать в две большие группы — процессии и мистерии.

Процессии. Дальние путешествия божества совершались на специально предназначенных для этого судах. По земле божество перемещалось в небольшой священной барке или судне, которое перетаскивали с места на место на руках. Интересно отметить, что этот обычай сохранился в современном Луксоре: в праздник мусульманского святого Абу-эль-Хагга по узким улочкам города тащат барку на колесах.

В письменных источниках упоминаются путешествия богов одних городов и храмов в другие города и храмы: мемфисского Пта, ассиутского Анубиса, абидосского Осириса, дендерской Хатхор, фиванских Амона, Мут и Хонсу, армаитского Монту, аполинопольского Хора, асуанской Анукет.

Одним из таких праздников был «Прекрасный Праздник Долины», во время которого фиванский бог Амон отправлялся по каналам к западной кромке фиванского некрополя и затем возвращался обратно в Карнак. Это путешествие Амон совершал на судне из ливанского кедра, которое называлось Усер-хат. В широко известном рассказе о путешествии Ун-Амуна в Библ упоминается о том, что целью этого путешествия была закупка в Библе кедрового леса для постройки Усер-хата в Фивах (начало XXI династии). «О религиозном значении «Прекрасного Праздника Долины» можно сказать многое. В основном оно заключалось в приобщении покоящихся в фиванском некрополе к таинствам и благодати бога Амона. Это был далеко не единственный праздник Амона Карнакского. Следует также упомянуть о многочисленных празднествах Мина Коптосского»  (М. Коростовцев).

Большую роль в отправлении культа играло хоровое пение гимнов как во время ежедневных богослужений внутри храмов, так и во время празднеств. Пение нередко сопровождалось игрой на систрах, в некоторых случаях — на плетре.

Особое значение имело воскурение мирры, преследовавшее цель ритуального очищения статуи бога, помещений храма, жрецов.

Можно с полным правом говорить, что некоторые элементы религиозных процессий древние евреи заимствовали у египтян. Так, например профессор египтологии Ливерпульского университета К. Китчен считал что «усыпальницы из погребения Тутанхамона … могли послужить прототипом Ковчега Завета», поскольку «обложенные золотом деревянные ящики были обычными предметами религиозной мебели периода XVIII династии». Еще более категоричен в своих суждениях Генрих Бругш — он полагает, что «евреи переняли египетский обычай устраивать ковчеги». «Использование ковчегов различного типа для религиозных целей подтверждается свидетельствами множества египетских развалин, картин и текстов, относящихся к широкому историческому периоду. Так, на западной стене колоннады храма в Луксоре изображена радостная и многолюдная процессия. Несколько групп жрецов несут ковчегоподобные лодки, поднятые на шестах на уровень плеч. Перед жрецами идут музыканты, играющие на систрах и других музыкальных инструментах; танцуют и поют люди, возбуждённо хлопая в ладоши (в таком же радостном настроении, с музыкой, пением и танцами, царь Давид сопровождал свой Ковчег Завета). В городе Абидосе, во время празднеств в честь Осириса, такие лодки пускались ночью в «плавание по воде» в храмовом пруду. Свидетелем подобного торжества (во второй половине V в. до н. э.) был «отец истории» Геродот Галикарнасский, он писал: «Статую же бога (изготовленную из камня) в деревянном позолоченном ковчеге в виде храма, переносят (и перевозят) ночью в канун праздника в новый священный покой. Несколько жрецов … влечёт на четырёхколёсной повозке ковчег со статуей бога (имя не указано)». Таким образом, в религиозных церемониях ковчеги могли быть связаны с символикой любых египетских богов» (М. И. Зильберман).

Мистерии — театральные представления из жизни богов, разыгрывались либо в храмах, либо при храмах.

В древнеегипетском ритуальном действе (драме-мистерии) — представления о явленности богов притворялись в театрализованном акте, когда жрецы, условно говоря «разыгрывали» образы богов, «сценически» воплощаясь в их ипостаси соответственно священному тексту и иконографии. В таких мистериях использовались маски, и неподвижность маски сочеталась с телодвижениями жреца, сопровождавшими ритуальное действо.

Э. Дриотон пишет о египетской  мистерии: «Наши средние века, знавшие пышный расцвет религиозной драмы, подобной древнеегипетской, не оставили никаких произведений светской драмы, как и фараоновский Египет. Насколько можно судить по данным источников, театральные произведения разыгрывались перед храмами, на украшавшей храм эспланаде или в храмовом дворе, точно так же, как и в средние века, когда мистерии разыгрывались на площадях перед соборами».

Древнеегипетские мистерии получили отражение в ряде росписей гробниц. Естественно, что сюжетно они были связаны с церемониями заупокойного действа. В  тексте,  известном как «Памятник мемфисской теологии» (начертан на камне в VIII веке до н.э. с папируса, восходившего к Древнему Царству) приведены отрывки сценария представления о сотворении мира мемфисским богом Пта. Туда включены также миф об Осирисе и его  сыне, боге Хоре,  обращения бога земли Кеба к богам.

От Среднего Царства и последующих времен сохранилось четырнадцать драматических отрывков, не считая погребального ритуала («Книга скрытия уст»). Ко времени Среднего Царства относится и папирус из Рамессеума, посвященный восшествию на престол фараона XII династии Сенусерта I, в  котором содержится текст представления на мифологические сюжеты. Более подробные сведения о таких представлениях сохранились от птолемеевского времени.

В храме бога Хора в Эдфу (Идфу) на стенах имеются тексты, представляющие собой выдержки из более древнего папируса, и изображения обрядов. Исполнителями представлений были жрецы. Роль бога Хора должен был исполнять  сам фараон, но его заменял один из главных жрецов храма. Наряду с монологами и диалогами большое место в представлении занимала повествовательная часть, которую читал специальный чтец. В храме Эдфу функции чтеца должен был исполнять мудрец Имхотеп, но его также заменял один из главных жрецов храма. Вероятно, в представлении участвовали  хор и музыканты. Представления давались на берегах священного пруда храма в месяц мехир.

В «Книге мертвых» (XIV век до н.э.) воспроизведен обряд «отверзания уст» имевший целью оживить для будущей вечной жизни мумию умершего (не случайно обряд совершался в день похорон) или только что изготовленную статую божества. Обряд как бы создавал возможность для вселения в статую невидимого божества. Состоял обряд в следующем: статую божества окуривали и опрыскивали водой, затем специальными жертвенными инструментами прикасались к ее губам, что и означало «отверзание уст», а также к глазам, произнося при этом священные формулы, губы смачивали молоком. Все это, вместе взятое, должно было превратить изваяние в «живого» носителя бога. Таким же было «отверзание уст» и у мумии.

Особый интерес в свете рассматриваемой нами темы представляет изображение жреца, исполнявшего роль Анубиса в маске этого бога. Подобные маски были обнаружены и во время археологических раскопок. Они явно предназначались для религиозной церемонии — в нижней челюсти делалась прорезь для дыхания, имелись также выемки для плеч, отверстия для глаз. Кроме того, для религиозных мистерий изготавливались специальные маски, которые приводились в движение жрецами. Масками можно было «управлять» во время совершения религиозного действа. Сохранившаяся голова бога Анубиса в образе шакала (XIII век до н.э.) имела подвижную нижнюю челюсть, которая при помощи крючка поднималась и опускалась, когда жрец произносил текст.

Существует свидетельство египетского вельможи Ихернофрета,  современника фараона XII династии Сенусерта III (XIX век до н.э.), о театральных представлениях Древнего Египта. В своей автобиографической надписи Ихернофрет хвалится тем, что его повелитель Сенусерт III на девятнадцатом году царствования послал его в  Абидос произвести ревизию храма и постановок мистерий Осириса,  справлявшихся там ежегодно на глазах многочисленных зрителей. Из надписи Ихернофрета известно, что представления эти состояли  из  следующих эпизодов: появление бога Упуата — первого воина бога Осириса; появление на барке самого Осириса и нападение на него врагов; убийство Осириса его коварным братом Сетом; перевозка праха Осириса богом Тотом в барке; погребение Осириса в местности Пекер; расправа с врагами Осириса на месте его смерти — в Недите; возвращение ожившего Осириса в его храм в  Абидосе  и всеобщее ликование. Во всех этих перипетиях главную роль играл сын Осириса, бог Хор. Его роль исполнял Ихернофрет. Сохранились свидетельства о популярности этих представлений: в ряде надписей абидосского некрополя высказывается пожелание иметь возможность после смерти созерцать «красоты Упуата при его первом выходе», то есть присутствовать на представлениях.

Как правило, в качестве актеров мистериальных представлений выступали жрецы. Однако из стелы начала II тысячелетия до н.э., посвященной богу Хору египтянином Эмхебом, мы узнаем, что последний был странствующим актером. В надписи заупокойной стелы некого Имхеба, найденной в Эдеру и восходящей ко времени XVIII династии, говорится, что он был бродячим музыкантом и мимом. Однако это не дает оснований относить род их занятий к проявлению светского начала, поскольку бродячие актеры и музыканты в основном принимали участие в религиозных церемониях.

Геродот сообщает интересные сведения о мистериях, в которых участвовали светские «исполнители»: «А в Папремисе приносят жертвы и совершают священнодействия так же, как и в других местах. Всякий раз, когда солнце склоняется к западу, лишь немногие жрецы хлопочут около статуи бога, большинство же с деревянными дубинками становятся при входе в святилище. Против них стоят толпой больше тысячи богомольцев, выполняющих обет (также с деревянными дубинками). Статую же бога в деревянном позолоченном ковчеге в виде храма переносят ночью в канун праздника в новый священный покой. Несколько жрецов, оставшихся у статуи бога, влекут на четырехколесной повозке ковчег со статуей бога. Другие же жрецы, стоящие перед вратами в преддверии храма, не пропускают их. Тогда богомольцы, связавшие себя обетом, заступаются за бога и бьют жрецов, которые (в свою очередь) дают им отпор. Начинается жестокая драка на дубинках, в которой они разбивают друг другу головы, и многие даже, как я думаю, умирают от ран. Египтяне, правда, утверждают, что смертных случаев при этом не бывает». Перед нами, несомненно, описание мистерии, в которой участвовали не только жрецы, но и «миряне».

Развитая система представления мистерий породила своеобразную мистериальную литературу. Для такой мистериальной поэзии были характерны такие литературные приемы как  аллитерации, параллелизмы, игра слов. Многие тексты отличает художественная экспрессия, сила и вещественная наглядность образов. Так, например, в гимне богине неба Нут, воспевается сама богиня:

          «О Великая, ставшая небом…

          Наполняешь ты всякое место своею красотою.

          Земля вся лежит пред тобою — ты охватила ее,

          Окружила ты и землю, и все вещи своими руками»

                                                                                  (Перевод М. Э. Матье).

Особое внимание уделялось музыке. Об этом свидетельствуют сохранившиеся музыкальные инструменты, художественные росписи, барельефы и памятники литературы. Древнеегипетские гимны и лирические песни, вероятно, исполнялись в сопровождении солирующих музыкальных инструментов или небольших инструментальных ансамблей, куда входили лютни, арфы, гобои, систры. Впрочем, о мелодике и звуковом строе музыки Древнего Египта судить сложно, поскольку сам музыкальный материал безвозвратно утерян. Возможно, что звуки инструментов отождествлялись египтянами со звучанием тех или иных предметов и явлений. Звуку приписывалась священная магическая сила.

Особенно ярко это проявлялось в жанре массового народного действа с музыкой и танцами. Египтяне были страстными танцорами. Ни один праздник не обходился без групповых танцев и плясок, сопровождавшихся игрой на музыкальных инструментах. Музыка играла большую роль в мистериях: песни с хором, шествия и пляски чередовались с драматическими сценами, нередко воссоздававшими реальные картины жизни и быта. Наибольшей популярностью пользовались песни-плачи над мертвым Осирисом.

Музыка считалась также и развлечением, что подтверждает ее древнеегипетское название: «хи» — удовольствие.

Профессия музыканта нередко предавалась из поколения в поколение. Наиболее известной династией музыкантов была семья Снефрунофер. Начиная с 2400 года до н. э. из нее происходили придворные хейрономы, руководители вокальных и инструментальных ансамблей.

В эпоху Среднего царства появляются песни самого разнообразного характера — философские размышления, песни-танцы, песни-гимны, исполняемые в сопровождении арфы.

В Древнем Египте существовал специально учрежденный праздник в честь «возвращения» из Нубии богини любви, музыки и танца Хатхор. Ритуальный смысл этого празднества восходит к «Сказанию о возвращении Хатхор — Тефнут из Нубии». Праздник в честь ее бракосочетания с богом Шу носил вакхический характер и потому был отмечен в древнеегипетском календаре как день виноградной лозы. Ритуальная церемония сопровождалась бурным весельем, танцами и пением, где главная роль отводилась женщинам. Основная часть празднества выпадала на ночные часы.

Геродот подчеркивает, что «всенародные празднества египтяне справляют не один раз в году, а весьма часто. Чаще же всего и с наибольшей охотой египтяне собираются в городе Бубастисе на праздник в честь Артемиды и затем в Бусирисе в честь Исиды. Ведь в этом городе находится самый большой храм Исиды. Расположен же этот город в середине египетской Дельты. Третье празднество бывает в городе Саисе в честь Афины, четвертое — в Гелиополе в честь Гелиоса, пятое — в городе Буто в честь Латоны, шестое — в Папремисе в честь Ареса». Далее Геродот описывает массовые празднества в Бубасте, подчеркивая их вакхический характер, говорит о массовом пиршестве в честь Исиды. «Массовость празднования мистерий вне сомнения. Таким образом, египетская религиозная драма имеет точки соприкосновения с греческой трагедией. Видный египтолог Б. Стрикер опубликовал очень интересное исследование о происхождении греческого театра (имеется в виду помещение театра). Автор задает себе вопрос: «Имели ли афиняне модель, создавая театр?» И со свойственной ему четкой аргументацией приводит много очень интересных сведений, дающих серьезные основания для размышлений о египетском происхождении греческого театра» (М. Коростовцев).

В Древнем Египте области религиозного и «светского» искусства можно разграничить весьма условно, ибо они органично переплетаются во всех своих направлениях. Религиозные представления несли в себе и светские мотивы. Так, в «Текстах саркофагов» (эпоха Среднего Царства) и в семьдесят восьмой главе «Книги мертвых» сохранился комедийный отрывок, в котором действующими лицами являются мифологические персонажи. В главе тридцать девятой «Книги мертвых» также имеется отрывок из комического представления, в котором главное действующее лицо — дьявол Апопи. В мифологическом папирусе IV века до н.э. сохранился драматический отрывок, главным действующим лицом которого является враг Осириса, злой бог Сет. Этот персонаж олицетворяет персов, захвативших Египет, а его изгнание намекает на  изгнание  персов.

Любопытно, что Геродот сравнивает греческие мистерии Диониса с египетскими религиозными празднествами, находит в них много общего и приходит к заключению, что греки переняли у египтян их праздники и обычаи.

При перепечатке данной книги или ее цитировании ссылка на первоисточник обязательна: Копирайт © 2011 Вячеслав Карп — Зеркало сцены.

В оглавление.
Print Friendly

Коментарии (0)

› Комментов пока нет.

Добавить комментарий

Pingbacks (0)

› No pingbacks yet.